Переоценка ценности

Самые большие за десять лет объемы добычи золота в Хабаровском крае совпали с сильнейшим падением цен на этот драгоценный металл на мировом рынке. В крае в прошлом году было добыто 20,6 тонны золота, на 2,6 тонны больше, чем в 2012-м. В то же время цены на золото, стабильно росшие последние пятнадцать лет, упали почти на треть — с 1700 до 1200 долларов за тройскую унцию (международная единица измерения веса драгметаллов, равная 31,103 грамма).

российские производители золота

Конечно, это далеко не знаменитый «золотой» обвал 80-х, когда цена упала с 850 до 253 долларов, но все равно золотодобывающие компании по всему миру включили механизмы «удержания на плаву». Одни, в основном занимающиеся добычей россыпного золота, были вынуждены максимально увеличить объемы добычи. Другие золото даже не продавали — им выгоднее жить на кредиты, чем терять на продажах по низкой цене. Сокращались и издержки — от приостановки геологоразведки до переноса сроков ввода в эксплуатацию новых объектов.

Хабаровскому краю в этом отношении отчасти повезло — все запланированные крупные проекты, последним из которых стал ввод в эксплуатацию первой очереди ГОКа «Белая Гора» в Николаевском районе, были реализованы еще до обвала, пишет «Тихоокеанская звезда».

— Да, цена золота сильно упала в прошлом году, но надо учесть, что в позапрошлом она была довольно высока, — говорит Николай Ищук, начальник управления недропользования Минприроды края. — Поэтому нельзя сказать, что произошла какая-то катастрофа, цена, которая держится сейчас — вполне «рабочая», и «подушка» безопасности у предприятий отрасли есть. У нас в крае в прошлом году по плану был один вводимый объект — это ГОК «Белая Гора», и его «Руссдрагмет» ввел в эксплуатацию. Работая в пусконаладочном режиме, в прошлом году он дал немного — более 200 килограммов золота. В этом году, по прогнозам, на две тонны предприятие должно выйти. Амурский гидрометаллургический комбинат «Полиметалл» также введен в прошлом году, рассчитываем, что и он будет работать стабильно.

Конечно, обвал цен негативно повлиял на прибыльность золотодобывающей отрасли. Что сказалось и на краевом бюджете.

— Если в позапрошлом году в бюджет края отраслью было уплачено налогов более 4,3 миллиарда рублей, то в 2013 году — всего 3,4. То есть миллиард мы потеряли, и в основном — за счет налога на прибыль, — рассказывает Николай Ищук. — Сейчас цена золота держится и даже пошла немножко вверх. Да, есть информация, что инвестиции некоторых компаний в геологоразведку будут снижены, не исключены и сложности с получением кредитов. Тем не менее, все перспективные проекты, реализация которых планируется до 2020 года, в работе. Среди них можно назвать месторождения Светлое в Охотском районе, Кутын в Тугуро-Чумиканском, Перевальное в Аяно-Майском, Нони в Верхнебуреинском, Дяппе в Ульчском районах и ряд других. Отрасль как была, так и будет рентабельной. Конечно, за 2013-14-й годы рентабельность по драгметаллам будет ниже, чем, допустим, в 2012 году, когда она в среднем составила 39,3%. Но вряд ли менее 10%.

Многие десятилетия в крае отрабатывались в основном россыпные месторождения золота. Но, начиная с 2000 года, добыча коренного, рудного золота неизменно превышает добычу из россыпей, и сегодня она составляет 79% в структуре золотодобычи по краю.

Что касается россыпных месторождений, то их база истощена, крупных месторождений с качественными запасами практически нет, добычу на уровне 3,5-4 тонны в год артели держат и будут еще держать, хотя работать становится все сложнее.

Отдельно стоит сказать о платине, которую по-прежнему добывает артель старателей «Амур» на месторождении Кондер-Уоргалан в Аяно-Майском районе. Цена на платину в последние годы отличается неустойчивостью (одно время она стоила даже дешевле золота), но «Амур» стабильно добывает в год 3,5-3,7 тонны этого металла. Работать на месторождении все сложнее, потому что россыпь уходит все глубже.

Кстати, довольно часто приходится слышать, что и запасов золота в крае хватит ненадолго. Так ли это?

— Никто точно этого не скажет, — считает Николай Максимович. — Запасов, на данный момент находящихся на государственном балансе, хватит лет на 15, не меньше. Это без учета прогнозных ресурсов, которых намного больше, но их перевод в стадию месторождений требует проведения дополнительных геологоразведочных работ. Многое зависит от конъюнктуры рынка драгоценных металлов. Если раньше месторождения рудного золота с содержанием ниже 10 грамм на тонну мало кого интересовали, то сейчас в переработку на фабриках руда поступает в среднем с содержаниями 4-5 грамм на тонну. Если цена пойдет вверх — будут вовлекаться месторождения и по грамму. Кроме того, геологоразведка постоянно дает новые данные, идет как поиск новых месторождений, так и переоценка старых. Например, Албазино, Белая Гора — это давно известные месторождения. На Белой Горе еще в 40-е годы добыча велась в незначительных объемах. А провели переоценку, применили новые технологии — оказалось, вполне можно дальше работать. Идут работы по переоценке в ряде других мест. В проведение геологоразведочных работ в крае было инвестировано в 2012-м году 3,2 млрд. руб, в 2013 году — 3,6. В основном это средства недропользователей, которые наращивают запасы для обеспечения собственных мощностей — на уже известных площадках, по флангам своих месторождений, где есть высокая вероятность получить результат. Федеральных средств в геологоразведке — около 12 процентов, и государственное финансирование постепенно увеличивается.

Федеральные средства идут на проведение ранних этапов геологоразведочных работ, где вложения рискованны, а результат неясен. Задача государства — найти новый перспективный участок недр и передать его с аукциона для дальнейшего изучения инвестору.

— Конечно, недропользователи неохотно идут на риски, связанные с геологоразведкой малоисследованных объектов, и эти риски государство берет на себя, — говорит Петр Нелюбов, замначальника Департамента по недропользованию по ДФО (Дальнедра). — Каждый объект, который мы предлагаем исследовать за госсчет, проходит многоэтапное сито — сначала профильные институты смотрят, затем — защита в Москве, в Роснедрах, а потом уже формируется программа исследований. В прошлом году, например, заключен госконтракт стоимостью 135,5 млн рублей с «Дальгеофизикой» — на поиск коренного золота в Пони-Мулинском рудно-россыпном узле, это между Комсомольском-на-Амуре и Советской Гаванью. Далее у нас в программе еще два объекта по северу края: Вьюнский — по золоту и Алгома — по цирконию. Начинаем готовить программу на 2015 год.

Что касается перспектив, то, по словам Петра Александровича, все месторождения золота, которые в обозримом будущем могут быть введены в крае в эксплуатацию — Перевальное, Светлое, Кутын, Дяппе, Дурмин, Нони, можно отнести к малым или средним.

— Задачи же, которые перед нами ставит Федеральное агентство по недропользованию — это выявление крупных месторождений, эксплуатация которых позволит вести добычу полезных ископаемых длительное время. Я думаю, самый перспективный объект в крае — это оцененное в последние годы Малмыжское рудное поле в Нанайском районе. Там ведутся геологоразведочные работы на золото и медь, и по запасам меди месторождение может оказаться не просто крупным, а даже уникальным.

В северных районах с ностальгией вспоминают времена 10-летней давности, когда часть налога на добычу полезных ископаемых оставалась в районных бюджетах. До сих пор идут разговоры, что распределение НДПИ надо бы снова пересмотреть, а то и вовсе этот налог на Дальнем Востоке… отменить.

— Действительно, первая редакция закона «О недрах» предусматривала следующее распределение НДПИ: 50 процентов в район, 25 — в край, 25 — федерации, — объясняет Николай Ищук. — Естественно, тот же Аяно-Майский район, где в больших объемах добывались золото и платина, чувствовал себя тогда очень неплохо. Сейчас отрасль платит 4 основных налога — налог на прибыль, НДФЛ, НДПИ и налог на имущество. В разных пропорциях они распределяются между бюджетами разных уровней, но в районах остается только НДФЛ. Что касается НДПИ, то сейчас 40 процентов идет федерации и 60 — краю. Пополнение бюджетов муниципальных образований из краевого бюджета осуществляется в рамках бюджетного законодательства края через субсидии и дотации. Конечно, много споров о том, какой из принципов справедливее, и понятно, что администрациям районов, где добываются в больших количествах полезные ископаемые, выгоднее был старый. Но у старого принципа были и есть противники, которые говорят: а почему такие огромные средства должны доставаться именно этому району, а соседнему, где нет таких запасов золота, — нет?

— Что касается возможного освобождения дальневосточных недропользователей от уплаты НДПИ, то наша позиция такова: огульно всех освобождать нет смысла. Особенно это касается добычи драгметаллов. Отрасль-то рентабельная! Отменить налог проще всего. А дальше что? Больше миллиарда рублей в год край потеряет. А на что выполнять социальные обязательства? Мы полагаем, что лучше дифференцировать ставку НДПИ, в зависимости от того, в каких условиях работает недропользователь, как в плане местоположения, так и качества месторождения, — полагает г-н Ищук.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *